Дон Карлеоне
(Завязал с фан-фиками)
![](custom_avatars/avatar49700_2.gif)
Зарегистрирован: Aug 2006
Проживает: Russian Federation/Питер
Написал: 520 сообщений
Оценка: 18 чел.
|
"Ради Чего?" (мой очередной рассказ)
Глава 1
Тяжелые раздумья.
…Обычная старая «хрущевка». Пять этажей уныния и безнадежности, тусклости и нарастающего пессимизма, как снаружи, так и внутри. Облупившаяся краска, нанесенная последний раз еще наверно, до распада Советского Союза, тусклое освещение маловаттных лампочек, висящих на своих проводах словно на виселице, оборванные обои… когда-то тут похоже был какой-то замысловатый узор, а сейчас все превратилось в серое месиво. Но и на нем добрые граффитчики сумели нанести кучу рисунков с пропагандой повстанческого движения.
Вот, например самый распространенный – желтая латинская буква «лямбда». Не понимаю я, почему именно лямбда - ни альфа, ни бета, ни гамма. Хотя… вроде была какая-то история с этой лямбдой, но она не слишком сохранилась в наших краях. Или вот – человек на холме, одинокий, никому не нужный, но гордый, не желающий прогибаться под гнетом инопланетных захватчиков. В руках оружие как символ того, что человечество готово сражаться. Да такие граффити могут рассказать многое, нужно лишь уметь их читать.
Как ни странно попадались и «веселые картинки», изображающие патрульного альянсовца, держащего за руку маленькую девочку или что-то изображающее ступени эволюции, где на первой ступени стоит точно такой же патрульный, на второй человек, а на третьей обезьяна. Да и зачем комбайнам пропаганда, после того, что они сотворили с нашей планетой и всеми ее обитателями. Покажите мне такого выжавшего из ума старика, который верит во всю эту канитель, что несет нам какой-то там Брин. Хотя многие изображают эту самую веру, потому что панически бояться гнева захватчиков. Еще бы разгромить все наши силы за жалкие 7 часов. Хотя тут сами виноваты, сыграли народные междоусобицы, да и вообще после портальных штормов отношения с тем же США были близки к военным действиям. Всем ведь известно, что от туда появились первые порталы в Ксен… не важно, главное что еще находятся безумцы, способные бунтовать. И не известно что ужаснее, то что их число с каждым днем становится все меньше и меньше или то что я один из таких сумасшедших.
Вот есть такое выражение «сидеть на мине»… раньше я понимал его как угодно, но только не так, не буквально. Но давайте расскажу по порядку – здешними повстанцами был разработан банальнейший план. Группа людей внутри такого вот жилого дома, закладывает в подвале кучу взрывчатки. После чего мы наводим Альянс на этот дом – как одну из баз «преступников», коей она в принципе и являлась до сегодняшнего дня. После чего мы загоняем, как можно больше врагов в здание и взрываем его ко всем чертям. Всего остается пятнадцать человек, рассредоточенных по всей территории… ну и я один из таких вот самоубийц. Вызвался сам, хотя все отговаривали – и боец я, видите ли, ценный, да и молод еще. А мне на самом деле уже все равно, что со мной будет. Все мы погибли уже тогда в войну, а это так… жизнь в аренду, для спасения других жизней, наших братьев, сестер, детей и родителей, всех. И пусть это маленькая толика, но оно все же стоит того.
Операция начинается сегодня ночью, по сведению наших лазутчиков на сегодня назначен налет на нашу базу. Эх, до чего же скучно! Сижу тут попиваю кофеек, вкусом напоминающий машинное масло, разбавленное водой из старой помятой алюминиевой кружки…
- Эй, дядя Федя, подойди сюда а? - крикнул я пустоту комнаты, в которой находился.
В дверном проеме появился дядя Федя, грузный мужчина младшего пенсионного возраста. Хмурый, вечно смотрящий на всех из под лобья.
- Ну, чего тебе, парень? – как всегда мрачно отозвался он. – Я между прочим сегодня у главного входа дежурю, а ты меня отвлекаешь.
- А как же ты услышал, что я тебя зову? Я то думал, что ты в соседней комнате, - сказал я, между делом рассматривая его лицо. Ну да все тот же: лицо изъезжено бороздами морщин, спутанная борода и чуть мутноватые глаза. Кофе он не любил – предпочитал самогонку, собственного производства. Я однажды попробовал, брр градусов восемьдесят, не меньше, но хоть и поглощал дядя Федя ее порядочными дозами, но пьяным я его еще не видел, прям мистика.
- Да я там и был, заходил за кое-какими вещами.
- А ну ладно… а вот скажи мне дядя Федя, а чем ты до войны занимался? – задумчиво глядя в потолок, спросил я.
- Слушай, я уже сказал, некогда мне тут с тобой «за жизнь» общаться.
- Ой, перестань, - отмахнулся я как от мухи, от его слов. – Все наши рации ловят частоты Альянса, если они появятся, мы все равно узнаем. Неужели ты думаешь, что они будут молчать все время?
- Оно конечно верно, но, - тут его взгляд изменился, - а черт с ним. Правда, рассказывать мне особо нечего. Был простым ментом ГИБДДшником.
В ответ я фыркнул и спросил, правда ли все эти анекдоты про милицию. Как ни странно с его слов в большинстве своем – правда. Мы поболтали на тему милиции и анекдотов минут с десять, похоже Федор Дмиртиевич, что мне нужна была компания.
- А ты сам-то, чем жил?
- Я… ну я еще учился, когда вся эта канитель началась. Заканчивал четвертый курс ВУЗа в Самаре, готовился стать юристом. Ну да это не важно уже.
- Очень боишься? – неожиданно задал в принципе риторический вопрос дядя Федя. Я был слегка не готов к нему, но, все же собрав волю в кулак, ответил примерно следующее:
- Бояться, дядя Федя, надо было раньше, сейчас уже поздно.
- Ты осуждаешь страх как чувство?
- Вовсе нет, просто сейчас страх из защитной реакции превратился в ненужную обузу мешающую драться, - ответил я, с каким-то, несвойственным мне жаром.
- Если нет страха, сынок, значит нет и остальных чувств. А если ты не чувствуешь, ради чего драться? – и в его глазах читалось такое понимание и сочувствие, что я даже растерялся.
- Ради спасения других людей разумеется! – воскликнул я, как можно более убедительней, но получилось по меньшей мере неуверенно. Разумеется, бывший мент, тут же сломал последнюю уверенность.
- Чушь! Сколько людей ты спасешь, умерев сегодня ночью? Насколько ослабеют силы комбайнов, потеряв пару-тройку отрядов патруля? Нет воевать надо, прежде всего за себя, за собственную жизнь!
За свою жизнь? Возможно, он не знал, что я был в курсе того, что он, как и я, добровольно остался в этом оплоте серости и уныния, по ошибке носящей название жилой дом. Значит, ради своей жизни он решил ее оборвать. Либо я чего-то не понимаю, либо одно из двух.
Все дело в том, что наши шансы на победу мизерно малы. У патруля, больше численность, лучшая экипировка и оружие и вообще им, в конце концов, не ведом тот страх, так терзающий человеческое сердце. Говоря по чести, эта бомба в подвале - наш единственный шанс на победу. Подчеркиваю – на победу, но не на выживание, как ни прискорбно.
- С Бушем спорили на даче, у кого премьер богаче, - громко продекламировал, незаметно вошедший Борис Сергеевич Накоряков. Ну что про него можно сказать, он тут за главного, все.
- Вы Федор Дмитриевич, почему не на посту? – обратился он к моему пожилому собеседнику.
- Извини Боря, заболтался, - ответил тот поднимаясь.
Между тем «Боря» мне не сказал ни слова. Интересно, что во мне такого отталкивающего. После чего они оба ушли, Федя обратно на пост, ну а Борис… да черт его знает, где он вечно ходит.
А я остался в этой пустой комнате. Остался сидеть на подоконнике, пить остывший кофе и провожать взглядом грузовик, лениво уезжающий за поворот, увозя последний провиант. Все верно, зачем мертвым питаться? Пища для живых. Обойдемся сухпаем…
|